Определение Конституционного Суда РФ от 31.03.2022 N 815-О

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 марта 2022 г. N 815-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ

ПЕСКОВОЙ ЕЛЕНЫ ИВАНОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ

ПУНКТОМ 1 ПРИМЕЧАНИЙ К СТАТЬЕ 158 И СТАТЬЕЙ 159 УГОЛОВНОГО

КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.И. Песковой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Приговором районного суда гражданка Е.И. Пескова осуждена к штрафу за совершение путем обмана хищения в крупном размере денежных средств Министерства обороны Российской Федерации. При этом суд установил, что Е.И. Пескова, являясь работником военного клинического госпиталя, представила подложные документы о присвоении ей квалификационной категории, вследствие чего незаконно получала надбавку к заработной плате. Решениями судов вышестоящих инстанций приговор оставлен без изменения.

В этой связи Е.И. Пескова утверждает, что пункт 1 примечаний к статье 158 ‘Кража’ и статья 159 ‘Мошенничество’ УК Российской Федерации не соответствуют статьям 2, 15 (части 1 и 2), 17 (часть 1), 18, 21 (часть 1), 22 (часть 1), 23 (часть 1), 37 (часть 3), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49 (часть 3), 75.1 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют, по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, признавать хищением (изъятием) безналичных денежных средств потерпевшего — юридического лица их получение обвиняемым от третьих лиц (от органов Федерального казначейства и банков), не сопровождавшееся совершением обвиняемым каких-либо активных действий в отношении этих средств до их законного зачисления на лицевой счет.

Также заявительница указывает на нарушение ее конституционных прав вменением при применении оспариваемых норм в качестве способа мошенничества использования подложных документов, которые были изготовлены на подлинных бланках и с использованием подлинных печатей при неустановленных следствием и судом обстоятельствах и носили действительный характер.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Установление или изменение составов преступлений и мер ответственности связано критериями пропорциональности и соразмерности ограничения прав и свобод граждан конституционно значимым целям, вытекающим из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, как и ее статьей 19 (часть 1), провозглашающей принцип равенства всех перед законом, из которого следует, что любое правонарушение и санкция за его совершение должны быть четко определены в законе так, чтобы исходя непосредственно из текста нормы (при необходимости — с помощью толкования, данного ей судами) каждый мог предвидеть правовые последствия своих деяний (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2013 года N 5-П, от 8 декабря 2017 года N 39-П, от 24 мая 2021 года N 21-П и др.).

Реализуя конституционные предписания, Уголовный кодекс Российской Федерации признает преступлением виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным Кодексом под угрозой наказания (часть первая статьи 14), и называет основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки предусмотренного данным Кодексом состава преступления (статья 8), которые конкретизируются в статьях Особенной части данного Кодекса с учетом положений его Общей части.

Уголовно-правовая охрана собственности осуществляется лишь от тех деяний, которые содержат признаки соответствующего состава преступления, а действующее правовое регулирование не предполагает наступления уголовной ответственности за правомерное поведение. Закрепление в уголовном законе составов преступлений против собственности должно проводиться с соблюдением принципов вины, равенства, справедливости и правовой определенности, с тем чтобы содержание уголовно-правовых запретов одинаково воспринималось в правоприменительной практике и было доступно для понимания участникам общественных отношений, а сами запреты служили эффективной защите права собственности (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июля 2020 года N 38-П и от 4 марта 2021 года N 5-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года N 2774-О, от 28 июня 2018 года N 1453-О, от 27 сентября 2018 года N 2166-О и N 2194-О, от 28 февраля 2019 года N 553-О, от 11 апреля 2019 года N 862-О и др.).

Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса в его статьях понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что указанные нормы содержат неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года N 422-О-О, от 17 июня 2013 года N 1021-О, от 20 марта 2014 года N 588-О, от 23 декабря 2014 года N 2859-О и др.).

Для квалификации деяния как мошенничества необходимо обязательное установление как общих признаков преступления (в том числе общественной опасности и противоправности), так и специальных признаков, включенных в состав мошенничества (в том числе характеризующих его объективную и субъективную сторону) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 2179-О и от 30 ноября 2021 года N 2625-О).

Дополнительно постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 ‘О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате’ разъясняет, что способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве, ответственность за которое наступает в соответствии со статьями 158.1, 159, 159.1, 159.2, 159.3, 159.5 УК Российской Федерации, являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом (пункт 1), если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечаний к статье 158 УК Российской Федерации и статьи 128 ГК Российской Федерации содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества, такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб (абзац второй пункта 5), хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенное с использованием подделанного этим лицом официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, требует дополнительной квалификации по части первой статьи 327 УК Российской Федерации, хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенное с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по статье 327 УК Российской Федерации (абзацы первый и четвертый пункта 7).

Тем самым статья 159 УК Российской Федерации, действуя в системе правового регулирования, как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, приданному ей разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не допускает уголовной ответственности за действия, совершенные при отсутствии обязательных признаков хищения, степень определенности которых позволяет судам — с учетом фактических обстоятельств конкретного дела — проводить разграничение преступлений и иных противоправных (а тем более — правомерных) деяний (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2021 года N 2625-О).

Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в обозначенном ею аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона ‘О Конституционном Суде Российской Федерации’, Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Песковой Елены Ивановны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона ‘О Конституционном Суде Российской Федерации’, в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН