Статья 6. Принцип справедливости

1. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

2. Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление.

Комментарий к Ст. 6 УК РФ

1. Комментируемое положение является проявлением в уголовном законодательстве этической категории справедливости, характеризующей отношения между определенными социальными явлениями и категориями сквозь призму интересов общества, общечеловеческих ценностей, добра и зла. Соотношение между преступлением и наказанием выступает как частное соотношение между деянием и воздаянием. Соответствие между этими характеристиками оценивается в этике как справедливость, несоответствие — как несправедливость.

Рассматриваемый принцип охватывает сферы как правотворчества, так и правоприменения. Справедливость реализуется законодателем при установлении и дифференциации уголовной ответственности (определении круга преступных деяний, видов и размеров наказаний за конкретные преступления), а судом — в процессе индивидуализации ответственности и наказания.

2. Уголовно-правовое содержание принципа справедливости основано на соответствующих конституционных и международно-правовых положениях <1> и пронизывает все нормы УК: наказание и иные меры уголовно-правового воздействия, применяемые к совершившему преступление лицу, должны соответствовать тяжести и конкретным обстоятельствам преступления, особенностям личности виновного (см. ст. 60 УК РФ).
———————————
<1> См., например: преамбула Конституции, Минимальные стандартные правила ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила, принятые 14 декабря 1990 г.), Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила, принятые 29 ноября 1985 г.); Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., Конвенция СНГ о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г. // РГ. 1995. N 120; и др.

Из положений Конституции и корреспондирующих им положений ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что правосудие по своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах <1>. Поливариантные возможности реализации этого принципа заключаются в содержании всех норм уголовного закона.
———————————
<1> См.: Постановление КС РФ от 08.12.2003 N 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // СЗ РФ. 2003. N 51. Ст. 5026.

3. Важным условием справедливой индивидуализации ответственности и наказания является правильная юридическая оценка содеянного. Вмененное подсудимому преступление должно быть квалифицировано в точном соответствии со статьей (частью статьи) УК, предусматривающей ответственность за совершение этого деяния.

В этой связи ч. 2 комментируемой статьи закрепляет правило о том, что никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление, основанное на положении ч. 1 ст. 50 Конституции и согласующееся с нормами международного права (non bis in idem). На недопустимость повторного привлечения к ответственности направлены, в частности, нормы ст. ст. 12, 17 УК (см. коммент. к ст. ст. 12, 17).

Кроме того, положения этого принципа реализованы и в уголовно-процессуальном законодательстве (см. п. п. 4, 5 ч. 1 ст. 27; ст. 308 и др. УПК). Так, неправильное применение уголовного закона, положений как Общей, так и Особенной частей УК является одним из оснований отмены приговора суда (см. ст. 389.15 УПК).

Разновидностью неправильного применения уголовного закона является двойное вменение, которое, как и объективное вменение, на практике может касаться всех элементов и признаков состава преступления. Принцип non bis in idem, как он установлен Конституцией и регулируется уголовным законодательством, исключает повторное осуждение и наказание лица за одно и то же преступление, квалификацию одного и того же преступного события по нескольким статьям уголовного закона, если содержащиеся в них нормы соотносятся между собой как общая и специальная или как целое и часть, а также двойной учет одного и того же обстоятельства одновременно при квалификации преступления и при определении вида и меры ответственности.

В условиях состязательности процесса и полномочий в нем суда предварительная квалификация все больше приобретает фикционный характер (характер допущения стороны обвинения, при котором оценка преступления оказывается ошибочно завышенной). Неправильная юридическая оценка содеянного ввиду неверного избрания норм УК по распространенности может быть подразделена следующим образом: квалификация оценочных признаков преступления; оценка единых сложных и совокупных преступлений; квалификация общественно опасных последствий; оценка малозначительных деяний и преступлений, граничащих с проступками.

Примерами двойного вменения (т.е. оценки, квалификации) являются следующие типичные его варианты:

— одновременное вменение основного и дополнительного состава преступления при необходимости разрешения конкуренции между ними, как это предусмотрено ст. 17 УК (например, ст. ст. 285 и 290; ст. ст. 285 и 305; ст. ст. 162 и 111 УК);

— вменение одного и того же признака дважды — в качестве основного (конструктивного) признака одного состава преступления и квалифицирующего признака другого состава преступления (например, корысти при квалификации содеянного по ст. 162 и ч. 2 ст. 105 УК);

— учет одних и тех же обстоятельств повторно в качестве иных составов преступлений, дополняющих основной состав. Например, оценка признака проникновения в жилище при хищении как дополнительного состава незаконного вторжения в жилище (ст. 139 УК); вменение составов превышения должностных полномочий (ст. 286 УК), а также фальсификации доказательств (ст. 303 УК) при привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299 УК); одновременное вменение составов уклонения от исполнения обязанностей военной службы и подлога документов, посредством которого лицо уклонилось от службы, тогда как содеянное полностью охватывается ст. 339 УК (см. п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от 03.04.2008 N 3);

— вменение одних и тех же обстоятельств как в качестве конструктивного, так и квалифицирующего признака составов либо признака, влияющего на индивидуализацию наказания (например, учет цели скрыть другое преступление как при оценке деяния по п. «к» ч. 2 ст. 105, так и в качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «е1» ч. 1 ст. 63 УК; вменение при квалификации деяния ст. 150 УК о вовлечении несовершеннолетнего в преступление дополнительно в качестве отягчающего наказание обстоятельства признака совершения деяния в отношении малолетнего (о недопустимости этого см. ч. 3 ст. 61 и ч. 2 ст. 63 УК));

— вменение наряду с итоговым вредом промежуточных последствий или этапов деяния (например, квалификация содеянного не только как убийства, но и причиненного в процессе лишения жизни тяжкого вреда здоровью; вменение не только покушения на преступление, но и приготовления к этому же преступлению, оценка деяния не только как соисполнительство, но и как организация преступления и т.п.).

4. Вместе с тем принцип справедливости предполагает основанную на законе ответственность субъекта за все совершенные деяния, в том числе и множественность преступлений (см. ст. 17 УК). Так, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ), и разбой, т.е. нападение с применением насилия в целях хищения чужого имущества, совершенный с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в» ч. 4 ст. 162 УК), имеют разные объекты (здоровье и жизнь в одном случае, собственность и здоровье — в другом), разные последствия (смерть и вред здоровью) с разным психическим отношением к этим последствиям (двойная форма вины в одном случае и умышленная форма вины — в другом). Указанные нормы содержат описание разных преступлений, которые хотя и имеют общий признак — причинение тяжкого вреда здоровью, не соотносятся между собой как часть и целое: наступление смерти потерпевшего не включено в признаки состава разбоя, совершенного с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Указанные нормы содержат различные, не совпадающие санкции. Следовательно, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть (преступление против жизни), не может поглотить разбой (преступление против собственности), как и разбой не может поглотить причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть. Пункт «в» ч. 4 ст. 162 и ч. 4 ст. 111 УК не соотносятся между собой как общая и специальная норма, а потому действия виновных в разбойном нападении, в ходе которого потерпевшему причиняется тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть, подлежат квалификации по совокупности преступлений (п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2002 N 29) <1>.
———————————
<1> См. также: Определение КС РФ от 19.05.2009 N 846-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Митрошина Алексея Борисовича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 17, частью первой статьи 24 и статьей 27 Уголовного кодекса Российской Федерации».

По конкретному делу правильная оценка дана действиям специальных субъектов, являющихся в силу примеч. к ст. ст. 285 и 318 УК представителями власти, по правилам идеальной совокупности преступлений, исключающей двойное вменение.

Так, ч. 3 ст. 286 УК в качестве тяжких последствий охватывает в том числе тяжкий вред здоровью, но не предусматривает наступление смерти в результате его причинения, о чем свидетельствуют санкции ч. 3 ст. 286 и ч. 4 ст. 111 УК, последняя из которых является более строгой. Таким образом, посягательство на интересы государственной службы, на права и интересы граждан судом правильно квалифицировано по ч. 3 ст. 286 УК. Причинение же тяжкого вреда потерпевшему, повлекшего по неосторожности его смерть, квалифицировано по ч. 4 ст. 111 УК <1>.
———————————
<1> См.: Постановление ВС РФ от 19.02.2007 по делу N 48-Д07-5.

5. На реализацию принципа справедливости направлены и другие нормы Общей части УК: об исключении ответственности (ст. ст. 37 — 42), об освобождении от ответственности и от наказания (ст. ст. 75 — 86), об особенностях ответственности и наказания несовершеннолетних (ст. ст. 87 — 96), об иных мерах уголовно-правового характера (ст. ст. 97 — 104.3), а также специальные нормы об освобождении от ответственности, содержащиеся в примеч. к ряду статей Особенной части УК.

6. Наибольшее применение принцип справедливости находит при индивидуализации наказания. Так, все санкции статей Особенной части УК носят относительно-определенный или альтернативный характер. Широкие пределы индивидуализации установлены в Общей части УК (например, в ст. ст. 60 — 62, 64 — 67, 73, 79 — 85), а также в ч. 7 ст. 316 УПК (о назначении наказания при особом, т.е. упрощенном, порядке судебного разбирательства), которые позволяют при наличии определенных в них обстоятельств существенно смягчить наказание либо освободить виновного от наказания.

7. Во исполнение уголовно-правовых принципов, в том числе справедливости, в ст. 60 УК сформулированы общие начала назначения наказания, которое должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления (понятию, которое по своему объему шире, чем общественная опасность деяния), обстоятельствам его совершения, личности виновного.

Характер общественной опасности преступления определяется в соответствии с законом с учетом объекта посягательства, формы вины и категории преступления (ст. 15 УК), а степень общественной опасности преступления — в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от размера вреда и тяжести наступивших последствий, степени осуществления преступного намерения, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, наличия в содеянном обстоятельств, влекущих более строгое наказание в соответствии с санкциями статей Особенной части УК (см. Постановление Пленума ВС РФ от 29.10.2009 N 20).

8. Справедливость предполагает взаимосвязь с другими принципами, с законностью, равенством граждан перед законом и гуманизмом (см. коммент. к ст. ст. 3, 4, 6, 7). Каждый из принципов имеет специфическое содержание, но вместе с тем характеризует определенный аспект справедливости в уголовном праве, без которого не может быть справедливости в целом. Так, нет справедливости, если при отправлении правосудия по делу нарушаются законность, принцип равенства граждан перед законом, принцип гуманизма. Таким образом, справедливость выступает обобщающим принципом уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений.

9. В ч. 2 комментируемой статьи воспроизведена ст. 50 Конституции, что делает этот принцип конституционным. Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. <1> предусматривает, что никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны (п. 7 ст. 14), а Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. <2> закрепляет, что никакое лицо не должно быть повторно судимо или наказано в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое это лицо уже было оправдано или осуждено в соответствии с законом этого государства (п. 1 ст. 4 Протокола N 7 в ред. Протокола N 11). Указанный запрет является конкретизацией общеправового принципа справедливости и направлен на обеспечение правовой безопасности и правовой стабильности, что нашло отражение и в уголовном законодательстве РФ.
———————————
<1> БВС РФ. 1994. N 12.

<2> СЗ РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

Вместе с тем Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, ее п. 2 ст. 4 Протокола N 7 (в ред. Протокола N 11) установлено, что право не привлекаться повторно к суду или повторному наказанию не препятствует повторному рассмотрению дела на основе закона соответствующего государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства было допущено существенное нарушение (т.е. имеющее фундаментальный, принципиальный характер), повлиявшее на исход дела. Отсутствие возможности пересмотра окончательного судебного решения в связи с имевшим место в ходе предшествующего разбирательства фундаментальным нарушением, которое повлияло на исход дела, означало бы, что — вопреки принципу справедливости и основанным на нем конституционным гарантиям охраны личности и судебной защиты прав и свобод человека — такое ошибочное решение не может быть исправлено <1>.
———————————
<1> См.: Постановление КС РФ от 17.07.2002 N 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 342, 371, 373, 378, 379, 380 и 382 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и статьи 36 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом Подольского городского суда Московской области и жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. 2002. N 31. Ст. 3160.